Виктору Андреевичу следовало бы знать, что это только в известном анекдоте, если женщина говорит «нет», это значит «да, но позже». К сожалению, Североатлантический альянс не является этой самой пресловутой женщиной и его «нет», сказанное Украине и Грузии на Бухарестском саммите, является именно тем, чем оно и должно быть. И даже обещание вернуться к рассмотрению вопроса о присоединении Украины к ПДЧ еще не говорит о том, что вопрос будет решен положительно для «украинской троицы» – Ющенко, Тимошенко и Яценюка.
Тем не менее Виктор Ющенко, видимо, услышал в Бухаресте именно то, что и хотел услышать, и понял все так, как ему бы хотелось. И, естественно, тут же бросился выполнять все требования своего будущего хозяина. И первое, с чем попытался управиться украинский Президент, – это Черноморский флот Российской Федерации. Ведь в Альянсе существует строгое правило о том, что страна, которая желает стать членом НАТО, не должна иметь на своей территории военных объектов третьих государств. И глашатаем своей воли Ющенко сделал не кого иного, как министра иностранных дел Владимира Огрызко.
Ничем иным не получается объяснить тот демарш, который осуществил главный украинский дипломат во время своего недавнего визита в Белокаменную – он передал своему российскому коллеге Меморандум относительно этапов вывода Черноморского флота Российской Федерации из мест его временной дислокации в Украине. Согласно украинскому меморандуму, предполагается, что 27 мая 2017 года станет последним днем пребывания российских моряков в Крыму.
Сейчас этот документ находится на рассмотрении в Кремле. Если россияне согласятся со всеми доводами украинцев, то в первый день лета должны будут начаться двусторонние консультации между нашими государствами по поводу порядка и этапов вывода российского флота из Украины.
Однако в Москве не упустили случая добавить ложку дегтя в бочку меда Огрызко, уже готового доложить своему патрону об успешно выполненном задании. Российский МИД сразу заявил, что не разделяет оптимизма украинского дипломата относительно сроков рассмотрения украинского меморандума.
«Украинской стороне было сказано, что в Москве рассмотрят данный документ, однако обсуждение этой темы не является для нас актуальным, – говорится в заявлении МИД РФ. – Позиция украинской стороны по вопросу о сроках пребывания Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины нами принята к сведению и будет учитываться при выстраивании всего комплекса отношений между двумя государствами».
К сожалению, стало обычным, что при любом напоминании Киевом Москве о необходимости начинать работу по будущему перебазированию флота, последняя разражается встречными обвинениями в нарушении двусторонних договоренностей. Поэтому, давайте хотя бы разберемся в том, как же составлялись те «братские договоренности», в нарушении которых Кремль обвиняет Банковую.
Специалистам арифметика раздела Черноморского флота Советского Союза прекрасно известна. Все, как говорится, до «последнего патрона и последней заклепки» было посчитано, поделено и закреплено в соглашении о параметрах распределения Черноморского флота СССР от 28 мая 1997 года Украиной и от 31 мая того же года Россией. Кстати, это соглашение было прямой производной так называемого «Большого договора» между нашими странами – «Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Украиной и Российской Федерацией». Этот же «Большой договор» стал впоследствии основой еще для нескольких международных договоров – «О статусе и условиях пребывания Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины», «О параметрах раздела Черноморского флота», «О взаиморасчетах, связанных с разделом Черноморского флота и пребыванием его на территории Украины».
На момент распада СССР его Черноморский флот насчитывал 45 надводных кораблей, 28 подводных лодок, 300 средних и малых судов, 151 самолет морской авиации и 85 вертолетов палубной авиации. Все это и собрались поделить Ельцин и Кравчук, что называется, «по-братски». Изначальное предложение Киева сводилось к формуле 50/50, однако после мучительных переговоров Украине досталось 12,3 % имущества Черноморского флота. К тому же на момент раздела все плавсредства теперь уже украинского флота нуждались в серьезном доковом ремонте, 500 млн грн на который у нашего государства не нашлось до сих пор.
Почему же все-таки 12,3 %? Дело в том, что дележ средств армии и флота СССР должен был осуществляться согласно Договору об обычных Вооруженных Силах в Европе, подписанному в 1987 году. Поэтому именно на основании этого договора и определялось, сколько и чего должна получить каждая республика СССР. Вот в этот-то момент и выяснилось, что Москва может оказаться практически ни с чем, поскольку на переговорах 1992 года между Россией, Украиной, Арменией, Азербайджаном, Грузией, Молдовой, Казахстаном и Беларусью выяснилось, что России полагается лишь 20 % всех средств вооружения европейской части СССР. Естественно, что Кремль был категорически против такой «честности». На выручку соседям тогда пришел Киев, предложивший исходить из географического положения, территории и населения каждой страны. По этому сценарию России перепало 35 %, Украине – 16 %. Все были счастливы вплоть до того момента, когда пришлось на практике делить Черноморский флот. Ведь Черноморский флот целиком как раз и составлял 16 % от всего ВМС СССР – как раз доля Украины! То есть, Киев мог попросту ничего не делить и был в своем праве взять весь флот себе.
Но, как потом бывало не раз, свою роль сыграло отсутствие политической воли в отстаивании своих интересов, да еще и элементарная глупость помешала добиться желаемого результата. Вот простой пример. В 1992 году, когда раздел флота еще только начинался, «самодержцем» в Крыму был командующий Черноморским флотом СССР адмирал Касатонов. На 99 % от него зависело, на верность какому государству присягнут моряки и чьи приказы выполнит флот. А сам Касатонов, с обретением Украиной независимости, очень надеялся стать заместителем министра обороны новой республики. Он лично приезжал в Министерство обороны, бродил по коридорам, но так и не был принят ни одним из начальников военного ведомства. Они его просто проигнорировали. Ведь на тот момент «музыку заказывали» вчерашние замполиты, сегодня – представители социально-психологической службы, которые с головой погрузились в «идею национального возрождения» и поэтому не применули продемонстрировать свое отношение к генералу бывшей «империи». А поведи руководство Министерства обороны себя в тот момент по-другому – и весь бы Черноморский флот был бы украинским, и вопрос ялтинских маяков сейчас бы не стоял, и не было бы никаких претензий по «незаконной эксплуатации» гидрографических объектов.
А так Украина сегодня владеет: 1 подводной лодкой «Запорожье» (выведена из боевого состава), 1 фрегатом (флагман), 7 корветами, 1 большим десантным кораблем, 3 десантными кораблями на воздушной подушке, по одному базовому и рейдовому тральщику, 2 ракетными катерами, 5 патрульными и 2 десантными катерами. Вспомогательный флот составляют 37 суден (разводные, танкеры, буксиры, водолазные судна, учебные, противопожарные, санитарные катера). Всего – 61 судно (если считать с приваренной к пирсу ПЛ «Запорожье»).
Россия же владеет: 1 ракетным крейсером, 2 ПЛ, 7 большими десантными кораблями, 2 большими противолодочными кораблями, 7 малыми противолодочными кораблями, 2 базовыми тральщиками, 6 малыми тральщиками, 3 сторожевыми кораблями, а также боевыми патрульными катерами и суднами обеспечениями. Всего – 1236 судов. Вот такая арифметика.
Наверное, именно поэтому, чувствуя свое безоговорочное превосходство в военно-стратегической сфере в регионе Черноморского бассейна, Кремль и позволяет себе в прах рушить голубые мечты Президента Украины о выполнении одного из основных требований НАТО – о выводе базы ЧФ РФ с территории Украины.
«Сведения о запланированном начале российско-украинских консультаций по вопросам вывода Черноморского флота РФ с территории Украины не соответствуют действительности, – просто и четко заявил Департамент информации и печати МИД России. – Действительно, украинская сторона 15 апреля в ходе встречи министров иностранных дел России и Украины передала российской стороне проект меморандума об этапах и порядке вывода воинских формирований Черноморского флота Российской Федерации с территории Украины. Одновременно была отмечена важность решения практических вопросов, связанных с обеспечением условий, необходимых для полноценного функционирования Черноморского флота Российской Федерации и его пребывания на территории Украины.
Вот так! Киев им о выводе, а Москва – об «обеспечении условий полноценного функционирования Черноморского флота Российской Федерации».
И тем не менее украинский министр иностранных дел все еще питает какие-то иллюзии относительно переданного им меморандума.
«Речь идет о спокойном, нормальном, цивилизованном подходе к делу», – заявляет Огрызко.
И Россия-таки действительно «спокойно и нормально» подходит к делу. К ЕЕ делу. Ведь работа по вопросам функционирования (а не вывода!) российского ЧФ ведется на уровне российско-украинской межгосударственной комиссии в рамках соответствующих рабочих групп: свои вопросы решает группа военно-политического сотрудничества; чем распоряжаются россияне обсуждает группа по вопросам инвентаризации земельных участков и государственного имущества Украины; украинские маяки «отстаивает» группа по вопросам навигационно-гидрографического обеспечения безопасности мореплавания в Черном и Азовском морях и т. д. Очередное заседание этих групп запланировано на июнь 2008 года, и вопрос о выводе российских военных, со 100%-й уверенностью можно сказать, во время заседаний снова обсуждаться не будет.
И официальную позицию Кремля до Ющенко и иже с ним пытается донести не только МИД России, но и ее посол в Украине, заявляющий обо всем вышесказанном совершенно открыто.
«За девять лет?! (Имеется в виду проведение консультаций. – Ред.) А что, пора говорить об этом? Да ладно, слушайте, 2017 год определен договором. В 2017 году флот будет выведен, чего заранее… Вы что, хотите консультаций? Там живые люди, там живут офицеры, у них семьи, дети!.. Зачем вы это делаете?! – заявил Черномырдин.
Да, кроме того, ведь и не все украинцы поддерживают идею выдворения российского флота.
«Какие, собственно говоря, понадобились консультации, зачем эти надуманные «этапы», если девять долгих лет еще впереди? Чтобы рану ковырять? Условия российской аренды военно-морской базы в Севастополе, согласно Большому договору, предусматривают, как известно, период до 2017 года. Доживем – тогда будем обсуждать. В 2017 году точно не будет в президентах Ющенко, не будет в министрах Огрызко, а Черноморский флот был, есть и будет в Севастополе. Что бы ни говорил Огрызко, это прозападная, пронатовская позиция. Но посмотрите: общество не воспринимает втягивание в НАТО. Если поставить перед обществом дилемму: разрывать или нет отношения с Россией, кто сказал, что народ скажет на все это «да»? Надо думать о последствиях. Ну, передал Огрызко главе МИД РФ Лаврову Меморандум по вопросу вывода ЧФ из Севастополя. А дальше что? И горько, и смешно, и тяжело», – заявил недавно народный депутат Украины Леонид Грач.
И он, нам кажется, во многом прав. Если Ющенко или Тимошенко, Огрызко или Яценюку хочется оставить след в истории Украины, то лучше его оставить повышением социально-экономических стандартов жизни простых людей, чем выполнением заданий НАТО или разрывом отношений с Россией.
